ВОЗРОЖДЕНИЕ ПОМОРСКОГО ХРАМА
|
![](../home.gif) ![](../pgl_1.gif) ![](../pgd.gif)
|
В центре Москвы, рядом со Старой Басманной улицей, в Токмаковом переулке возрождается к жизни уникальный храм — яркий образец северного модерна. Его необычные очертания сразу же привлекают к себе взгляд — оставить равнодушным он не может. Интересен храм еще и тем, что выстроен он старообрядцами-поморцами почти сто лет назад, после того как Николай II издал в 1905 г. указ «Об укреплении начал веротерпимости» — разрешавший старообрядцам строить церкви и моленные. Храм в Токмаковом переулке стал первым храмом этого периода, по праву называемого «золотым веком старообрядчества».
В начале XX века духовным центром старообрядцев-поморцев становится Москва. Московские поморцы давно желали иметь свой храм. И вот в 1908 г. регистрируется община Токмакова переулка, официально именовавшаяся второй общиной Поморского брачного согласия (до того разбитая на многочисленные группы поморцев, после закрытия в 1837 году Покровско-Монинской поморской моленной).
Инициаторами строительства храма выступили Иван Кондратьевич Поляков, возглавлявший правление мануфактуры известного мецената Викулы Морозова, и Иван Иванович Ануфриев (брат Петра Ивановича Ануфриева, председателя правления товарищества М.С. Кузнецова, знаменитой фабрики фарфора). По решению Совета общины был приобретен участок земли в Токмаковом переулке и приглашен молодой архитектор Илья Евграфович Бондаренко, знаток русской старины, до того выполнявший отделку дома Е.И. Полякова.
Илья Евграфович Бондаренко — архитектор, целиком посвятивший себя проектированию храмов, стилизованных в новгородско-псковском стиле, но при этом отличающихся неповторимым своеобразием. Северные формы трактовались зодчим весьма вольно, здесь присутствовала особая пластичность форм, экспрессия… Бондаренко ввел в употребление прием, который искусствоведы определяют как «двойную стилизацию»: на реальном «теле» храма «рисуется» еще один, на стене колокольни обрамление надвратного образа также напоминает храм, из-за чего строение приобретает особенную многомерность и загадочность, дополнительный архитектурный ритм. Специалисты иногда сравнивают работы И.Е. Бондаренко с произведениями двух других мастеров модерна — А. Гауди и Ф.О. Шехтеля.
Вот как вспоминал в своих мемуарах сам Бондаренко об этой своей первой крупной работе: «Ко мне обратился старик Поляков: «Вот вы, говорят, крепко знаете Русь, так вот церковку нам и выстройте, чтобы она была наша, своя, родная!» Приехал я в правление Викулы Морозова, разговор пошел о месте, времени постройки, стоимости. «Стройте поскорей … Никакой сметы не нужно, сколько нужно, столько и будет стоить, только чтобы было хорошо!» Предо мной развернулось широкое поле деятельности, на котором я мог проверить свои силы. Появилась возможность дать новое, исходя из хороших традиций старого русского народного искусства. Помчались грезы. Вспомнился наш Север… Как-то внезапно, сидя в вечерние сумерки в парке, в Кузьминках, где жил… я вдруг увидел вдали ясный силуэт шатровой северной скромной церковки. Этот пригрезившийся силуэт я сейчас же набросал на клочке бумажки. Образец постройки неотступно был предо мной. Приехал домой в Москву и сделал проект, не изменив нисколько задуманного силуэта.
Проект понравился, началась работа. Рисовал я с увлечением и никаким другим делом не занялся, пока не установил в рисунках и чертежах все сооружение. Погруженный в мир национального старого народного творчества, выискивая из музейных коллекций и из своих впечатлений образы, я спешил с работой. Время ушло все без остатка на рисунки и заказы всех, даже мельчайших деталей интерьера, розданы были все заказы столярам, резчикам, бронзовщикам, вышивальщицам».
Летом 1907 г. состоялась торжественная закладка храма, а уже весной 1908 г. были закончены его отделка и обустройство, то есть храм был построен за один год — старообрядческие купцы не поскупились. Стоимость строительства обошлась в 150 тысяч рублей — сумма по тем временам не малая.
Храм удался на славу. Сравнительно небольшой, но необыкновенно оригинальный, непохожий на прочие московские храмы, он был выполнен в стиле северного модерна, с элементами псковско-новгородских церквей, и облицован кирпичом бледно-палевого цвета. Над западным входом была устроена оригинального рисунка звонница под двускатной крышей из разноцветной черепицы, увенчанная главою с вызолоченным куполом и крестом. На переднем фасаде звонницы над колоколами изображены из разноцветной майолики два ангела, держащих на руках икону Спасителя. Эта икона представляла собой копию с чудотворного образа, находившегося в часовне Спасских ворот в Кремле, уничтоженной в 30-е годы XX в. На звоннице было семь колоколов, из которых большой весил 70, а остальные — 50 пудов.
Вход в храм — высокий, арочный, просторный. Тамбур при входе был облицован разноцветной майоликой и украшен колоннами в древнерусском стиле. Крыша на тамбуре сделана в два ската из разноцветной черепицы. Массивные дубовые двери вели в притвор храма, по сторонам которого были устроены небольшие помещения для хранения верхней одежды, богослужебных кафтанов и сарафанов (старообрядцы придерживаются правила одевать во время службы традиционную одежду — длинные кафтаны-азямы, сарафаны), стоял свечной ящик. Здесь, в притворе, опоздавшие к началу службы староверы клали «начал за мирщение» и приходные поклоны.
Широкая лестница с красивой металлической оградой в стиле модерн вела на хоры, другая — на цокольный (подвальный) этаж, где размещались большая раздевальня, камера для центрального отопления, комнаты для отдыха и т.д. От притвора моленную отделяла широкая арка, украшенная ажурной металлической решеткой, закрывавшейся раз в году — на Светлой заутрени.
Изнутри стены моленной были выкрашены в серовато-голубой оттенок, напоминающий низкое северное небо. Свет проникал через полукруглые широкие окна в древнерусском стиле. В оконные рамы были вставлены разноцветные стекла с изображениями различных фигур. Пол в храме — паркетный. В западной части храма — хоры для молящихся. Посреди храма укреплено массивное металлическое паникадило в один ярус в древнерусском стиле из темной меди с разноцветными стеклами. Храм позволял вместить до 800 богомольцев.
Переднюю стену храма во всю вышину занимал четырехъярусный иконостас из мореного дуба, выполненный в традициях древнерусских высоких иконостасов, увенчанный пятью главками с крестами. В середине нижнего яруса («местного ряда») — подобие царских врат с изображениями евангелистов и сенью. Все иконы в иконостасе — без окладов, написаны в традициях древнерусской иконописи. Перед каждой из икон местного ряда поставлены массивные металлические подсвечники, а перед остальными — новые «поставцы» для восковых свечей и лампады в древнем стиле.
Перед иконостасом — посреди солеи — престол, облаченный в дорогую одежду из золотой парчи. На престоле помещались старинные храмовые иконы Воскресения Христова и Покрова Пресвятой Богородицы, Евангелие, а за престолом — большой древний запрестольный крест, обложенный по сторонам вызолоченным серебром. У краев солеи — большие клиросы из мореного дуба, возле которых помещены сделанные по древним образцам хоругви с подзорами из голубоватой шелковой материи, шитой золотом и шелками. На хоругвях — храмовые иконы. За клиросами в особых иконостасах — драгоценные древние иконы, пожертвованные знаменитыми промышленниками Морозовыми из своих моленных. Из них особенно замечательны 16 малых икон господских праздников превосходного письма в серебряных окладах, больших размеров икона св. Николы Чудотворца в старинной ризе, Деисус, икона Похвалы Богородицы, пророка Илии… За левым клиросом находилась древнейшая икона Тихвинской Богородицы, украшенная унизанной жемчугом драгоценной ризой с бриллиантовыми звездами, а рядом с ней — иконы трех святителей и Вознесения. Рядом с клиросами в особых киотах — по четыре больших иконы XVI в. с изображениями апостолов.
На северной и южной стенах храма — в изящных киотах четыре большие иконы древнего письма с изображениями св. Николы Чудотворца, св. Леонтия, архиепископа ростовского, св. Ионы, митрополита московского, и св. Григория Богослова. На западной стене размещалась больших размеров икона Страшного суда (XVI в.). Справа и слева — аналои для праздничных икон и для богослужебных книг. Вдоль стены стояли дубовые скамьи.
Во время службы храм освещался исключительно свещами и лампадами — никакого электричества. Над моленной висело массивное паникадило — которое, не крепилось, как обычно, к куполу, а было укреплено на специальной конструкции, выведенной наверх, под самую черепичную крышу храма. (К сожалению, после закрытия храма паникадило было безвозвратно утрачено, и теперь придется восстанавливать его заново.)
Отвергая новшества в богослужении и в духовной жизни, старообрядцы в области техники всегда шли в ногу со временем. Отопление храма было решено вполне в духе времени. Здесь применялось сразу два способа отопления: батареи и калориферы. Калориферное отопление использовалось для обогревания моленной. Холодный воздух проходил через калориферы, нагреваясь под полом подвала, в стенах и выходил в оконных проемах зала. (Все это в настоящее время намечено восстановить — к счастью, сложная система вентиляции сохранилась в целости.)
Над моленной располагались просторные хоры, сюда в день Светлой Христовой Пасхи выносили столы, на которых расставляли куличи для освящения, здесь же в особенно людные богослужения размещались прихожане. Особенно стоит отметить лестницу, ведущую на хоры. Ограда лестницы, с орнаментом в стиле модерн, сохранилась подлинная, причем недостающий значительный фрагмент этой ограды был найден случайно, во время разборки другой лестницы, ведущей в главный вход храма — под толстым слоем песка.
В цокольном этаже находилась еще одна моленная, с иконостасом и небольшими клиросами, столярная мастерская и комнаты для обучения знаменному пению. Для освещения цокольного этажа был придуман оригинальный способ: в горизонтальных решетках приямков были установлены во множестве стеклянные призмы, которые преломляли вертикальный свет, направляя его горизонтально в окна полуподвального помещения и таким образом освещая его. Ряд призм чередовался с рядом обычных стекол. Это — одна из многочисленных строительных «изюминок», которые были известны нашим дедам и которые строители стремятся теперь по возможности восстановить.
Торжественное освящение храма состоялось 8 июня 1908 года. Это было яркое событие в жизни москвичей и многочисленных гостей из дальних краев страны. На торжество приехали представители старообрядчества из Петербурга, Риги, Рыбинска, Мстеры, Царицына… Чин освящения совершали настоятель Московской общины поморцев Н.С. Шпунтов, а также настоятели из Орехово-Зуева — С.Г. Герасимов, и из Литвы (Свенцянский уезд Виленской губернии) Т.П. Зубков. На клиросах вместе с местным хором (хор из домашней моленной А.В. Морозова) пел хор из певцов, прибывших из Зуева, Нижнего Новгорода и других мест.
После своего открытия храм в Токмаковом переулке становится всероссийским центром староверов-поморцев. В 1909-м и 1912 гг. здесь проходили 1-й и 2-й Всероссийские соборы поморцев, образовавшие для текущего руководства Совет соборов и съездов (распущен советскими властями в конце 1920-х гг.), духовные советы и духовный суд. В октябре 1909 г., в 1910 и 1911 гг. проводились еще и всероссийские съезды, последний из которых был посвящен проблемам народного образования среди поморцев.
После тяжелых годин революции и Гражданской войны, в 1930 г. храм в Токмаковом переулке («по просьбе трудящихся», как власти сообщили общине) был закрыт. Попытки добиться отмены этого решения ничего не дали. После закрытия храм постигла та же печальная участь, что и другие храмы, закрытые в 1920–1930-е гг. Из храма было взято «на учет» более 30 старинных икон, изъяты оклады из серебра с икон и запрестольного креста. То, что удалось спасти, перевезли на Преображенское кладбище, где вынужденно оказалась поморская община. Само здание было изуродовано. Сломаны главы храма и звонницы, сняты колокола, а из рук ангелов вынута икона Спасителя. К западному порталу были сделаны две загородившие обзор пристройки. Два ангела из майолики на фронтоне с каждым годом осыпались… В 1931–1933 гг. в храме размещался детский театр, затем — библиотека, а после нее — завод. С 1960-х гг. здесь находился цех № 4 швейной фабрики «Космос».
В 1990 г. внутри находился штемпельно-гравировальный цех фабрики металлографии и штемпельно-гравировальных работ. И лишь в 1992 г. храм был поставлен на государственную охрану и было принято решение о его восстановлении.
Реставрация храма ведется с 1994 года. Основные работы в настоящее время подходят к концу, хотя еще множество незавершенных дел. Храм, находившийся в чужих руках с 1930 по 1990-е годы, претерпел множество изменений. За состоянием храма никто особенно не следил, что привело к серьезным разрушениям самого здания. В нем даже был вмонтирован лифт, который пришлось ликвидировать. Так что строился храм — год, реставрируется же — гораздо дольше…
Воссозданием первоначального облика храма занимается организация Моспроект–2, под руководством Н.Г. Мухина: их главная задача — государственный надзор и выполнение проектных работ. Сами же строительные работы выполняют высококвалифицированные рабочие выбранных Московской Поморской общиной строительных фирм, ведь для восстановления столь необычного храма необходимы особые мастера.
Сейчас для храма изготовлены металлические оконные рамы сложного профиля, с витражным заполнением, которые в наше время практически никто не делает. Это будут и витражи из цветного стекла, и окна с росписью, имитирующие витражи. Изготовление этих окон — особо трудоемкий процесс.
Очень долго пришлось реставрировать купол храма. Выполнен купол из довольно тонкого железобетона — 8-10 см, внутри стен — металлический каркас из балок 30 см: двутавровая балка, выведенная над куполом и стянутая меж собой прутьями. Основная ошибка, допущенная при строительстве начала XX века, заключалась в том, что балки были недостаточно хорошо покрыты антикоррозийным составом, и когда проникла влага, образовался толстый слой ржавчины — 15 см! — попросту разорвавший кирпичные стены и изнутри, и снаружи. Каждую балку строителям пришлось «раздевать», пропитывать антикоррозийным составом и обратно закладывать кирпичом.
Восстановлены массивные входные двери с уникальным изразцовым обрамлением. Впереди большие внутренние работы - настилка полов (дубовый паркет), восстановление иконостаса.
Со стороны ДПЦ работу контролирует Дирекция РС. Последние два года этим занимается Григорий Андреевич Еремин. При нем в храме воссоздается дух християнского благочестия, периодически проводятся богослужения, оборудованы комнаты для приема гостей. 17 — 18 ноября 2005 года в Токмаковском храме прошло заседание Российского Совета ДПЦ.
Несмотря на многие сложности, реставрация храма в Токмаковом переулке постепенно продолжается. Пожелаем успехов московским поморцам в их непростой работе по восстановлению такого необыкновенного храма, который, несомненно, не просто украсит столицу, но и станет еще одним спасительным островом древлего благочестия в нашем многомятежном мире!
Кирилл Кожурин
![](../image/101_1.jpg)
|
|
![](../image/183_1.jpg)
|
![](../image/098_1.jpg)
|
![](../image/181_1.jpg)
|
Тогда...
|
...и теперь
|
Звонница
|
Рамы...
|
...и окна
|
![](../image/097_1.jpg)
|
![](../image/096_1.jpg)
|
![](../image/095_1.jpg)
|
![](../image/182_1.jpg)
|
Лестница на хоры
|
Каменное послание
|
Восстановленная облицовка
|
Г.А. Еремин
|
|
![](../home.gif) ![](../pgl_1.gif) ![](../pgu.gif)
|